Новости

«Он приходит незаметно». Рождество в эпоху войн и гонений на Церковь

Радостные традиции Рождества всегда поддерживали людей, возвращали надежду и дарили ощущение семейного тепла, даже если те находились вдали от дома. Как праздновали рождение Спасителя в тяжелые для страны времена

«ВСЕ ГОТОВЯТСЯ К ПРАЗДНИКУ, А МЫ… В ПОХОД!»

В 1904 году Рождество практически совпало с капитуляцией российского гарнизона Порт-Артура. Осада крепости японцами продолжалась 157 дней. Как отмечали праздник на фронте описывает в своем дневнике полковой священник о.Митрофан Сребрянский (будущий священноисповедник Сергий): «Завтра Сочельник, решили все попоститься. Вдруг все мечты, все приготовления разлетелись в прах. Пришел приказ главнокомандующего выступить полку утром 25 декабря в полном составе и присоединиться к отряду Мищенко. Это значит, мы идем в набег, во фланг, будем впереди всей армии. Везде солдатики метут сор около своих землянок, втыкают в землю сосенки, вешают на них красные и синие бумажки – одним словом, все готовятся к празднику, а мы… в поход!» 

В Рождественскую ночь на позициях солдаты пели «Рождество Твое, Христе Боже наш», ярко горели костры. А богослужение состоялось уже в походе. Из дневника о.Митрофана: «Сблизились полки, выехали вперед штандарты, ассистенты открыли жалованные иконы; я и Михаил сошли с коней, достали из кобур ризы и, обернувшись на восток, запели молебен. Солдаты оставались на конях. Не могу выразить состояние души, когда раздалось дружное пение «Рождество Твое, Христе Боже наш» и «Дева днесь Пресущественнаго раждает»… Можете представить чувства молящихся, с которыми они прославляли родившегося Спасителя, отправляясь на такое страшно опасное дело? Окончился молебен, я благословил оба полка, и мы сейчас же тронулись в дальнейший поход».

«СТАЛИ РАЗБИРАТЬ ПОДАРКИ… И НЕВОЛЬНО ЗАГОВОРИЛИ О ТАНЦАХ»

В 1915 году российская армия вела тяжелые оборонительные бои, пытаясь сдержать наступление германских войск. Шла Первая мировая война, и это был год Великого отступления. Участник Первой мировой войны, прапорщик Бакулин 25 декабря 1915 года сделал в своем дневнике такую запись: «Для первого дня праздника погода стоит гнилая, вот уже третий день тает. И весь снег сошел. Солдатам делают везде елку, выписали гостинцы, как-то: орехи, пряники, конфеты-леденцы. Выдан белый хлеб, колбаса и улучшена пища. Также украшают елки, с которых раздают гармонии, балалайки, ножички, ложки, зажигалки, папиросы, бумагу, конверты и всевозможную мелочь. Это вносит веселье и радость, а то все однообразие до одури».

Полковые священники обходили окопы с крестом и святой водой. «Обедню служили в сарае, очень красиво и хорошо приспособленном для церкви, – пишет генерал Владимир Джунковский, который отмечал Рождество и с казаками, и с офицерами, – в шесть часов вечера в помещении казачьей сотни конвоя состоялся спектакль и елка, куда я получил приглашение. Был целый дивертисмент – сочинение самих казаков, просто и остроумно, местами наивно. Потом зажгли елку, и каждый казак получил по подарку».

Офицерский праздник проходил на следующий день, в доме, где остановился сам генерал. «Около восьми часов начался съезд гостей, все проходили в комнату, где был накрыт чай. В девять часов зажгли елку, раздались звуки оркестра 29 полка, и фанфары возвестили, что гости могут войти. Раскрылись двери, и глазам гостей представилась разукрашенная елка с сотнями горевших свечей. Зрелище было эффектное, необычное. Стали разбирать подарки, ходили вокруг елки, а затем незаметно и как-то невольно заговорили о танцах. Я лично протанцевал два-три тура вальса и прошелся в мазурке», – пишет Джунковский.

«ПО НОЧАМ ГОТОВИЛИ КУТЬЮ И ПИРОЖКИ СО СМОРОДИНОЙ»

Рождество 1946 года было первым после Великой Отечественной войны. Людям не хватало еды и предметов первой необходимости, у многих были разрушены дома. Праздничное богослужение 7 января было первым и для Патриарха Алексия I после того, как в феврале 1945 года его избрали на Поместном Соборе главою Русской Православной Церкви. Ранее он занимал кафедру митрополита Ленинградского.

В блокаду будущий Патриарх жил в Николо-Богоявленском морском соборе. Один из жителей Ленинграда вспоминал впоследствии, как проходили богослужения во время блокады: «Певчие пели в пальто с поднятыми воротниками, закутанные в платки, в валенки, а мужчины даже в скуфьях. Служба у нас шла без сокращений и поспешности, много было причастников и исповедников, целые горы записок о здравии и за упокой, нескончаемые общие молебны и панихиды».

После Победы, в 1946 году, гонения на православных в СССР временно стали ослабевать, расширились юридические права церковных организаций. Однако за посещение храма человека по-прежнему могли наказать, и, конечно же, запрещено было отмечать религиозные праздники заключенным в учреждениях ГУЛАГа.

По воспоминаниям Веры Прохоровой, которая находилась в лагере в последние годы сталинской эпохи: «Каждая женщина, получавшая посылку, отдавала часть своей муки, сахар, сухофрукты или вяленую рыбу женщине, ответственной за празднование. Все это было аккуратно отсортировано и спрятано. По ночам, за недели наперед, эти женщины готовили на печи в бараке множество всяких угощений. Они готовили кутью из пшеницы…, пирожки со смородиной. Другие заключенные проносили в барак под арестантской одеждой маленькие елочки, а потом украшали их кусочками слюды».

«ЧТОБЫ БЫЛ С НАМИ БОГ»

В 1988 году в стране уже полным ходом шла перестройка, но за соблюдение православных традиций человеку все еще могли грозить неприятности. Одним из самых известных батюшек того времени был отец Александр Мень, который служил недалеко от города Пушкино в Подмосковье, в храме Сретения Господня (в 1990 году он был убит по дороге к Сретенской церкви при невыясненных обстоятельствах).

В рождественской проповеди, адресованной друзьям, отец Александр однажды сказал: «На самом деле, если у нас нет сил, если у нас нет успеха, если у нас нет многого того, о чем люди мечтают, к чему стремятся, на что надеются, но с нами Бог, то все равно мы тогда побеждаем. И человек всегда этого хочет, к этому стремится, даже не осознавая этого ясно: чтобы был с нами Бог. Это мое вам самое задушевное пожелание в Рождественский День, чтобы вы хоть какие-то мгновения чувствовали, что Он с нами. Он приходит незаметно».

«РОДИНА НАША ПЕРЕЖИВАЕТ ТРУДНОЕ, НО ВДОХНОВЛЯЮЩЕЕ ВРЕМЯ»

В 1991 году Рождество вновь стало выходным днем. Торжественное богослужение впервые транслировалось по телевидению. В праздничном послании Патриарха Алексия II, в частности, говорилось: «Возлюбленные, Родина наша переживает ныне трудное, но вдохновляющее время. Мы являемся участниками процесса становления подлинно демократического государства, в котором каждый его гражданин получит возможность на достойный человека образ жизни. Для нас всех очевидно, что этот процесс протекает далеко не просто и порой мучительно. Но не будем отчаиваться (2 Кор. 4, 8), ибо Младенец родился нам – Сын дан нам…»

К концу 1991 года СССР прекратил свое существование. Но для многих людей именно 1990-е годы стали временем обращения к вере.